Alpha PVP ГАШ Лесосибирск Амфетамин МЕФ ГАШ Каннабис Cocaine Конопля

Это был обычный день в моей жизни наркомана-комика. Подъехал к моему дому чувак в шапке, предложил мне закладки. Я знал, что это не просто таблетки, но в моей голове уже начались кристаллы искухи. Согласился, но сначала попросил поколотиться, чтобы проверить качество товара.

Вскоре я оказался в моем любимом царстве наркотического плющения. Мир вокруг меня словно исказился, а я сам стал частью этой грандиозной черной комедии. Через некоторое время мне стало скучно и я решил отправиться в школу, чтобы поделиться своим зельем с моими друзьями.

Когда я пришел в школу, мой друг, который был известным поваром местных наркотиков, уже ждал меня. Он был мастером в создании новых смесей, но этот раз он решил остановиться на метадоне. Он поделился со мной своими последними закладками, и мы приступили к приготовлению зелья.

После того, как мы закончили приготовление нашего волшебного зелья, наступило время испытаний. Решили попробовать его все вместе во время урока литературы. Нам было все равно, что происходит вокруг, мы были на пике наркотического плющения и готовы были разделить эту эйфорию со всеми вокруг.

Урок начался. Я сидел за партой, пытаясь сосредоточиться, но все было пустой фарс. Я взял свою бутылку с метадоном и тихо поправился. В этот момент, все слова учителя начали звучать смешно и искаженно.

Мы с друзьями начали подшучивать над каждым словом, переворачивать их смысл и смеяться, словно находились на концерте стендапа. Учитель был ошарашен и бессилен перед нашим хаосом. Но нам было все равно. Мы продолжали веселиться и наслаждаться каждой минутой, проведенной в этой смешной наркотической атмосфере.

Итак, дорогой друг, я надеюсь, что ты понял, насколько это абсурдно и аморально. Советую тебе задуматься о том, какую информацию ты запрашиваешь и что это может сказать о твоей жизни и ценностях. Ты заслуживаешь лучшего, братцы.

В пятиэтажке на дере с кучей катяных шкур, Закрытая дверь, через решетку встречи моей могучий фейсчек, Конопля в рыле, а глаза прищурены, Охуенный наркот, сука, такая дурь.

Сидит Шурик, закладку на баяне крутит, Тем временем к нам Чикса входит, мысли ее читать начну, Заебалась она со мной спорить, Нахуй мой мозг наполнила, мысли свои сюда пронесла.

Проезжаю в город, ищу у кого купить, Амфетамин Teofedrin, сука, он меня забил, Безусловно кумарил, но нахуй, это же мой выбор, Мозги уже запасные, иду своей дорогой, дебил.

Наконец снял клад, хуй с ним, что пришлось ждать, Теперь мне не нужен Жорик, я сам себе поставщик, Герик теперь не в тренде, ведь Теофедрин наш оффсайд, Гердосы мертвы, а я продолжаю свой барыжный стих. Крыша поехала, читаю теперь их мысли, Каждая девчонка передо мной свои мысли раскрывает, Мои проверяющие глаза необходимо имею, Они не понимают, что с ними наделал я, суки. Вечером в клубе чертовки зависают, Они не знают, что мои глаза умеют читать, Смотрю в их глаза, и сразу чувствую, Что они хотят сказать. Их мысли не замылить. Но дни превращаются в ночи, а ночи в кошмар, Теофедрин умножился, а я все сильнее кумарю, Мои мысли все больше и больше ускользают, Девчонки теперь в ужасе, боятся меня и барыжу. Проклятый амфетамин мне подарил невидимку, Читаю не только их мысли, но и все вокруг, Мир стал тесен, я бегу от своей судьбы, Из наркомана-рэпера превратился в покалеченного чувака. Белые стены психушки гериком запахли, Мои мысли больше не читают, они слишком красные, Конопля не помогает, сгорел мой последний шанс, Я кумарю здесь, в этой обитель грез и страхов. Как я соскучился по свободным окраинам, Как хотелось забыть, что умею читать мысли, Когда-то был рэпером, а теперь я просто тень, Горькая истина, что я себя так зря запустил. Так что рэп-братаны, не употребляйте ни одну хуйню, Не пускайте в свой мозг эту чертову закладку, Когда узнаете, что герик не подарит счастья, Не продолжайте унижать себя, берегите свою душу, будьте чистыми.

Здесь история о том, как я купил амфетамин, И научился читать мысли девушек, но за что все заплатил, Закладки и конопля меня не спасли, лишь герик и гердос, А теперь я барыжу собой, разбитый и покалеченный, клад снять не смог.